Вот ведь как бывает: и у царя сыновья богатырями могут быть! Правда, по версии сибирского сказочника П. А. Лыхина, не все, а только младшие – как в сказке «Богатырь Иван-царевич – царя сын».

Где богатырь, там всегда: смелость, мудрость и отвага – все качества, что народным героям свойственны. Ко всем перечисленным достоинствам герой Иван-царевич ещё и красив, молод, а прежде чем достичь желанной цели и счастья он совершает подвиги, рискуя жизнью. Выбор свой, в отличие от старших братьев, делает сразу верный. Невольно становится защитником интересов всей семьи, Отвоёвывает невесту не только для себя, но и для братьев – будущих жён. Но… братья идут на подлость…

В выпуске использованы русские народные свадебные песни в исполнении фольклорного ансамбля "Воля" и музыкальная тема из м/ф "Князь Владимир"

С текстами тункинского сказителя Дмитрия Савельевича Асламова вы уже знакомы. Наши аудиоспектакли «Царевна-старушка», «Омелюшка», «Боба-королевич», «Кащель бессмертный» и «Про шульверов» прозвучали в эфире радио «Комсомольская правда». Переслушать их в любое время можно на сайте Иркутского областного Дома народного творчества в разделе «Сказки Сибири» и в подкастах нашей группы ВКонтакте .

Замечательный тункинский сказочник Асламов в каждой из легенд тщательно заботился, чтобы «всё было на месте и к месту». Чего стоит начало: «Один был кавалер, выхвалял себя: «Есть ли меня в свете хитрее, мудрее?». Так ведь и сейчас часто бывает по молодости: кажется, что всё известно, и ничем нас не удивишь. Но вот встреча со старичком, перевернула жизнь героя сказания – бахвального юноши. А как это произошло им чем дело кончилось – слушайте!

Сказка – не только детская забава. В своей таинственности и обрядовости она хранит воспоминания о давно минувших эпохах и учит делать добро, поступать по справедливости, а заодно и выходить из непредвиденных ситуаций. Героям сказок помогает природная смекалка и многовековой народный опыт предков.

Чего только в жизни не бывает? Ведь верили же, что кто-то видел и общался с кикиморами… А раз так, то почему бы их не встретить на рыбалке? И повстречав нечисть – проучить её как следует!

В истории, рассказанной сибирским сказителем В. С. Толмачёвым, старику-рыбаку удалось обхитрить мифологические персонажи женского пола J Как он это сделал, узнаете, прослушав сказку «Как старик-рыбак людей лечил. Кикимора или двенадцать девушек». Под этим названием она напечатана в сборнике фольклориста Елены Шастиной «Не на небе – на земле».

В спектакле прозвучали песня и частушки в исполнении Сергея Старостина.

Почему так хорошо сохранилась сказочная традиция в Сибири? На этот вопрос ответить можно, если представить глухую таежную деревню, отсутствие дорог, почти полную изоляцию от внешнего мира, охотничий быт, артельную работу, отсутствие образования, удалённость от культурных центров. Многие сказочники были ссыльными, поселенцами или бродягами, которые расплачивались сказкой за ночлег и угощение. Эта особенность тоже наложила свой отпечаток на традицию. Сибирская сказка не так проста, как может показаться на первый взгляд.

Вот взять хотя бы «Никишку»: «Жил мужик в селе. У этого мужичка был паренек. Его звали Никишка. … И вот в одно прекрасное время солдаты проходили с армии…»

Причина, по которой Никишке не удалось стать солдатом. вроде по-житейски понятна. Но вот почему стать графом оказалось проще, поймете, когда послушаете сказку.

Пушкинскую «Сказку о царе Салтане» знают все, а вот сказку сибиряка Дмитрия Савельевича Асламова «Солнышко, Голуба и Месяц», думаем, немногие…

Александр Сергеевич написал своё произведение на основе фольклора в стихах, а наш земляк-сказочник вновь вернул её в прозаическую народную речь. Основную идею, смысл не изменил. Слегка добавил местного колорита и сибирской житейской мудрости.

Эта сказка о молодой семье, которая сумела преодолеть множество препятствий на своем пути и воссоединиться после долгих дней разлуки. Она еще раз доказывает, что на чужом несчастье никто и никогда не сумел построить своего счастья. Так же как и у классика, сказка осуждает зависть, жестокость и несправедливость, учит добру, состраданию, благородству, умению ценить простые семейные радости. Только вот конец ее более суров, чем у Пушкина.

Сказки существуют столько же, сколько и куклы, в которые мы играем, то есть очень давно. С древних времён они передавались из уст в уста, у сказителей зачастую не было какого-то одного зафиксированного текста. Кто-то мог понять по-своему, что-то упустить или добавить от себя.

Впечатления детства — самые памятные. И вот, знакомясь со историей «Обещанный сын или брат и сестра», расказанной более века назад Натальей Винокуровой из Качугского района , в памяти возникает эпизод из фильма Роу: грозящий скрюченный палец из болота и закадровый голос актера Милляра со словами: «должо́к».

Нельзя отдать то, о чём не знаешь. Вот дашь обещания вслепую, и может произойти очень опасная жизненная ситуация. Это стало первой ошибкой персонажа сказки, старика. Вторая — сердечная коллизия между сестрой и братом. Мудрая сказка предупреждает: не всегда родные по крови люди делают выбор по родству. Да и чего ждать от влюбленной девушки?! Отдав предпочтение жениху и согласившись извести брата, сестра вступает на преступный путь...

О замечательном «посказителе сказок» Ефиме Кокорине, жителе села Кежма, что на правом берегу Ангары, писал известный фольклорист, этнограф, сибиревед и журналист Алексей Алексеевич Макаренко: «Это был пожилой крестьянин-старожил, полный слепец с ранних годов женитьбы, крайне бедного положения, поддерживаемый трудами своей жены и сына, которые вели скромное сельское хозяйство. Имя ему было Ефим Максимович, а по фамилии Кокорин, в общежитии называли его просто Чима. Это был доброй души человек, приветливый, имел богатый запас поговорок, загадок, задач, присказок, песенного и сказочного материала, а главное, он обладал живым воображением, горячей фантазией и незаурядной плавностью речи, чем положительно увлекал своих слушателей. Они собирались то к нему в избу, то приглашали его на устроенное где-нибудь собрание. Чима занимал их побасенками, сказками. Так коротали кежемцы долгие темные зимние ноченьки».

Из уст Ефима Максимовича прозвучала удивительная, полная захватывающих приключений, история «Иван Кобыльников сын», которую и записала фольклорист Елена Шастина.

Песню «Горе мое, горе» в радиоспектакле исполняет Агрофена Глинкина.

В Верхнеленских селах Качугского района сказочная традиция передается из поколения в поколение уже триста лет. Из династии сказочников Винокуровых и Кузьма Егорович Винокуров. Его творчество представлено в сборнике Елены Шастиной «Не на небе – на земле» сказкой «Страсть».

Слово «страсть» – общеславянское слово, имеет такую же основу, что и глагол страдать. Первое значение – «страдание, второе – «страх», «остра́стка», «страща́ть».

Герой сказки за двадцать пять лет солдатской службы ни разу не испытал ни страха, ни испуга, ни ужаса. Что же это за состояние такое – страх? И почему оно людей пугает, а он, солдат, в жизни не знал подобного чувства? Как же домой без такого важного опыта явиться?

Вот и решил солдат во что бы то ни стало страх испытать. Выбрал для проверки смелости самые что ни на есть страшные жизненные обстоятельства! А за причудливыми ситуациями житейской сказки и мудрый ответ нашелся. Ведь всякая страсть слепа и безумна, она не видит и не рассуждает, когда в плену страха находится, а значит, человек собою не владеет – отсюда и страх появляется. А если человек эмоциями управлять может, то разум ему подчиняется, и страха ему не суждено испытать.

Текст читают актеры театра Владислав Васильев, Татьяна Герасимова, Родион Хайрутдинов и автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова. В роли рассказчика актер театра Евгений Емельянов.

Песню «Рекрутские страдания» исполнил Михаил Устинов.

«В одно время Ивану-царевичу стало скучно. Походил он туды-сюды, некуда деваться. Зашел в кабинет к отцу и увидел лук и стрелы. Взял их, вышел на балкон…». Так начинается рассказ сибирского сказителя Александра Степановича Бакаева «Булат-молодец».

Много в жизни у человека разных путей: трудных и славных, стыдных, но зато легких, жертвенных и предательских, прямых и окольных. Каким лучше пойти? Какую дорогу выбрать? В жизни выбор сделать трудно, результат сразу не известен, ждать долго. А в сказке все по-сказочному: простодушно и вместе с тем серьезно. Все, с чем сталкиваются люди, все обсуждается в сказке с разных сторон, везде своя философия, свой взгляд на любую ситуацию или поступок. В истории Александра Бакаева есть место и предательству, и хитрости, и взаимовыручке, и подвигу, и любви – все как и в жизни.

Песню в радиоспектакле исполнил специалист по жанрам творчества ИОДНТ Рустам Идиатулин.

Более 300 лет на Качугской земле живет династия сказителей Винокуровых, сохраняя и передавая из поколения в поколение семейный дар. Раиса Егоровна Шеметова – дочь известной всем фольклористам России Натальи Винокуровой. С самого детства она повторяла истории, услышанные от матери.

Личные качества сказителя обязательно отражаются на моральной стороне сказок. А уж «женские сказки», то есть сказки, рассказанные женщинами, по-особенному романтичны, задушевны и нежны.

Историю о протупее прапорщике (в царской армии так назывался чин в пехоте, равнявшийся подпрапорщику) Раиса Егоровна услышала от матери. И начинается он так: «Вот в одной деревне мобилизовали молодых новобранцев…». Было в этом повествовании всё: и приключения, и предательство, и зависть, и встреча с темными силами, бои, удачи и разочарования. Но закончилось все по справедливости: разоблачением и свадьбой!

Песню «Девичья воля» (запись и обработка Андрея Петровича Мистюкова) в радиоспектакле исполняет вокалистка Ольга Кустова.

Сказочница Наталья Осиповна Винокурова (1860–1930) родилась в деревне Челпанова Качугского района Иркутской области. В 1915 году во время фольклорной экспедиции по Сибири, писатель и этнограф Марк Азадовский записал сказки Натальи Осиповны и сразу причислил ее творчество к «лучшим представителям русской сказочной поэзии».

Репертуар крестьянки был обширен и разнообразен. И практически в каждой, рассказанной ей сказке, встречаются черты местного быта и сибирской природы. Один из любимейших мотивов – скитальчество, странствования и бродяжничества, проникнутые сопереживанием к страдающим героям. У Натальи Осиповны преобладают женские сюжеты: верная жена, мудрая жена, купеческая дочь и разбойники, купеческая дочь и кучер, неверная сестра, министрова жена и другие.

Одна из лучших сказок по признанию фольклористов – «Орел-царевич и его сын». В этой волшебной истории есть превращение орла в человека, свадьба, обман, путешествие младенца в бочке и даже классический сказочный сюжет про Кощея.

Текст читают актеры театра Евгений Емельянов, Анастасия Арефьева, Владислав Васильев, Татьяна Герасимова, Родион Хайрутдинов и автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова.

Частушки «Для драки» в радиоспектакле исполнил специалист по жанрам творчества ИОДНТ Рустам Идиатулин.

Кто из нас с детства не знает сказку «Спящая красавица»? У многих народов есть подобный рассказ о заснувшей царевне, которую разбудил поцелуем прекрасный принц. Это и у Шарля Перро, и у братьев Гримм, да и в «Сказке о мертвой царевне и семи богатырях» Александра Сергеевича Пушкина похожая история.

Вот и в сибирской сказочной традиции есть своя спящая красавица Аннушка. Эту сказку фольклористу Елене Шастиной рассказала сибирячка Т.П. Дулова. В варианте Дуловой девушке пришлось два года жить не среди сказочных гномов или богатырей, а с разбойниками. Что поделаешь: суровый край, суровые нравы!

Разбойники не пытались разбудить в лучших традициях других сказок про спящих красавиц, уснувшую мертвым сном Аннушку, а «и качали ее, и били, и колотили, и чо только не делали! Плакали, рыдали». Не осмелились похоронить в земле, сделали стеклянный гроб, подписали «Аннушка» и каждый день ждали и надеялись на чудо воскрешения. Чудо появилось в лице проезжающего мимо барина. А каким образом удалось разбудить красавицу без традиционного поцелуя – узнаете из сказки.

Текст читают актеры театра Евгений Емельянов, Анастасия Арефьева, Владислав Васильев, Татьяна Герасимова и автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова. В роли рассказчика Александр Гречман.

В радиоспектакле «Спящая красавица» прозвучали песни «Досада» в исполнении вокалистки Ольги Кустовой и «Свадебная песня» в исполнении народного фольклорного ансамбля «Оберег» Иркутского областного Дома народного творчества».

По признанию фольклористов, Тункинская долина – край сказочников и песенников. Среди них почетное место занимал крестьянин из села Тунка Дмитрий Степанович Асламов (1858-1939). Это был видный сказочник, большой балагур и шутник. Лучше всего Дмитрию Степановичу удавались сатирические, юмористические и бытовые сказки. Он не просто рассказывал их, а разыгрывал целое представление.

Односельчане вспоминали: о чем бы он ни говорил, обязательно сперва останавливался на присказке, а потом уже излагал суть дела. Перед тем, как начать сказку «Про шульверов» (шульверами называли мошенников) Асламов предупреждает слушателей: «Вот как рассказал! Вот почитаю-то! А кто рассказал? Простой старик неграмотный, неученый…».

А рассказал он в этой сказке о том, как удалось проучить и перевоспитать вредную купчиху, которая измучила всех домочадцев. И какой выход из непростой семейной ситуации нашелся благодаря шульверам.

Сумецкие частушки, которые звучат в сказке «Про шульверов», исполнили собиратели фольклора Алексей Мехнецов и Сергей Чернышов.

При упоминании народной сказки «Морозко» сразу на ум приходит та самая история. И, конечно, сказочные герои: трудолюбивая красавица-падчерица, ленивая дочь старухи, злобная мачеха и ее бессловесный муж-подкаблучник, пёс-предсказатель и суровый Морозко – персонаж, способный заморозить до смерти. У сибирской сказительницы Т. П. Дуловой был свой взгляд на этот сюжет, потому и главного героя, самого Морозко, она заменила на Бабу Ягу. Послушайте, как развивались события в ее повествовании. Сказка – ложь, да в ней намёк! Доброта, терпение и трудолюбие всегда вознаграждаются, а лень ни в сказках, ни в реальном мире до добра не доведёт.

Текст читают актеры театра Евгений Емельянов, Анастасия Арефьева, Владислав Васильев, Татьяна Герасимова и автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова. В роли рассказчика Александр Гречман.

Песня «Сине море всколыбалося», которая звучит в радиоспектакле, записана в Катангском районе Иркутской области от Виктора Васильевича Инёшина 1891 года рождения.

Охотничий промысел немало помог сохранению сказок в Сибири. Среди охотников ценилась сказка длинная, с запутанной фабулой, которая рассказывалась порой несколько вечеров подряд. Охотники спешили в зимовье вечером, чтобы не пропустить продолжение истории. Рассказчиками нередко были бродяги, заинтересованы в том, чтобы повествование продолжалось как можно дольше, так как все это время они пользовались приютом хозяев.

А сколько невероятных случаев приключалось в тайге с охотниками! Общение наедине с природой будило фантазию, и благодаря этому рождались невероятные сюжеты. В сказке «Про вихрь», которую Елене Шастиной рассказал П.Б. Болдаков, можно выстрелить в этот самый вихрь и завертится страшная история! Хорошо, что закончится все добром и весельем.

Частушки «Раздолье» в сказке исполняет фолк-дуэт «Оберег», г. Киренск.

Наш земляк – исследователь Григорий Николаевич Потанин о сказочном наследии Сибири в предисловии к одному из первых фольклорных сибирских сборников писал: «Известно немало случаев сохранения народной памятью сибирского населения русских устных древностей. Нельзя сомневаться, что и в области сказок в Сибири еще найдется довольно нового и интересного материала, особенно в таких захолустьях, как низовья Ангары, деревни по Киренге, деревни в верховьях Нижней Тунгуски, Верхоянский край».

В Сибири широко был распространен охотничий промысел, он требовал длительной совместной жизни охотников в лесу. И чтобы скоротать время после тяжелого дня, часто по вечерам рассказывали сказки. Среди охотников почти всегда находился хороший сказитель, иногда рассказчиков приглашали специально. Сюжеты историй были самыми разными. Нередко героями повествования становились и сами охотники.

Сказку о неудачливом охотнике фольклорист Елена Шастина услышала от Филиппа Егоровича Томшина. «Живое олицетворение типичной ленской сказительской школы» – так его называли. В своей истории Филипп Егорович рассказал, легко ли добыть ценного зверя и как победить непогоду.

В радиоспектакле «Про охотника» звучит старинная мужская песня «Восемь лет споневоле», записанная в экспедиции в 2014 году в селе Анга Качугского района ведущим специалистом по музыкальному фольклору Иркутского областного Дома народного творчества Маргаритой Карышевой у Аркадия Кузьмича Сафонова (1934 г.р.) Аркадий Кузьмич рассказывал: «Пели протяжно, голосисто. Песню подымали, вели. Можно было слов не знать, а песню вывести, в конце поднять». Аркадий Кузьмич рассказывал, что это значит: когда он чувствовал, что в песне не хватает мощи, уходил на октаву выше и пел совершенно не свойственную мужскому голосу партию, выводил женский подголосок с долгим, звонким, «закрученным» унисоном в конце строфы.

Сказку «Про охотника» читают актеры театра и автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова. В роли рассказчика Александр Гречман.

Анна Афанасьевна Шелихова – тункинская сказочница из знаменитой семьи Сороковиковых (один из её предков Егор Иванович Магай приобрел мировую известность как сказитель). О ее необыкновенном таланте песенницы и сказочницы помнили местные жители до конца прошлого века. Чего стоит соревнование Анны Афанасьевны в песенном искусстве с известным обладателем сильного голоса попом Сидором. «Сидор запоет – свечи гаснут. Анна Афанасьевна запоет – тухнет лампа», – так говорили.

Сказки Шелиховой начали публиковать в 1981 году. Одна из сказок, которую умело рассказывала Анна Афанасьевна – «Бычок». Многие с детства помнят коротенькую сказочку про «соломенного бычка». Вроде тот же сюжет, но развитие и характеры в версии сказочницы иные.

Елена Шастина несколько раз ездила в фольклорные экспедиции по Качугскому району. Сказку «Старуха-ворожея» она записала у жителя деревни Анга – сказочника А. А. Дерягина. В этом замечательном сибирском месте сложилась особая традиция, созданная несколькими семьями. Дерягин – яркий представитель ангинской сказительской школы. Местный колорит проявляется в бытовых деталях, связанных с пищей, одеждой сибиряков. И речь царя в сказке, например, нисколько не отличается от простого сибирского говора крестьянина. А проблема, которую затрагивает сказка, актуальна и по сей день: как прожить старикам, когда уже физически работать трудно? И ответ находится неожиданный! А что из этой затеи вышло и стоит ли идти по непривычному для крестьянина пути – расскажет сказка.

Текст читают автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова и актёр театра Евгений Емельянов.

Широко известна русская народная сказка «Маша и медведь»: заблудившаяся в лесу девочка Машенька забрела в избушку к медведю и лишь благодаря природной смекалке выбралась в коробе с пирожками из заточения. Этим рассказом можно напугать маленьких детей, а для взрослых у сибиряков была другая версия сказки – пострашнее. Историю «Медведь и три сестры» своим односельчанам, а потом и фольклористу Елене Шастиной рассказала И. С. Рязанцева.

Текст читают автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова и актеры театра. В роли рассказчика Александр Гречман.

С древних времён считалось, что волки имеют особую и необъяснимую связь с ночным светилом. Лесным хищникам приписывались фантастические способности, которые якобы открываются у них во время полной Луны. Благодаря этим сказаниям и преданиям воображение сразу рисует волка, превращающегося в полнолуние в оборотня. Однако реальность гораздо прозаичнее. Зоологи считают, что Луна как таковая абсолютно не влияет на поведение этих прекрасных и умных животных. Так почему же волки воют на Луну? Своя версия на этот счет у сибирского сказителя Н.И. Литвинцева.

Текст читают автор проекта «Сказки Сибири» Наталия Щапова и актеры театра. В роли рассказчика Александр Гречман.

Сказки – один из старейших жанров фольклора. Конечно, и действительность, и прошлое отражены в них, но, так сказать, в зашифрованном виде. Сейчас, например, мы знаем, почему именно младший крестьянский сын в начале повествования обычно представлен глупым и никудышным, а к концу сказки он же изображён и удачливым, и умным, и красивым. Оказывается, младший сын по древним обычаям обязан был содержать родителей, пока они живы, он же должен был и похоронить их по-людски. В наследство ему доставалась только изба. А старшим братьям переходила земля, скотина, сбережения. Стало быть, давалась воля их предприимчивости, ведь на их руках не было стариков-нахлебников. Возможно, это было и справедливо. Если у хлебороба руки не связаны, значит, и пользы от него больше. А как же с Иваном, младшим сыном? Обделен ли он? Наверное. Но его доля, его судьба была для людей нравственным примером, образцом. Долг есть долг. Вот почему Иван-дурак сидит на печи как привязанный: он привязан к родительскому очагу силой традиций, условиями древнего обычая.

Вот в сказке «Сивка, Бурка и синегривый конь», рассказанной Николаем Григорьевичем Бояркиным, Ванюшка напоминает братьям, что надо идти «к тятьке». Значит, крепче других помнит отцов наказ сыновьям поочередно три ночи являться на его могилу. Этот наказ для умных братьев ничего не значит – какой же нормальный человек согласится сидеть в темную ночь на кладбище из-за прихоти умирающего старика! Это сказ для дураков. Нравственная сторона дела их не интересует, исполнение неразумного завета по их здравому размышлению, не обязательно. Но Ванюшка ко всему относится проще – на то он и «дурак».

Однако не так уж он и глуп. Иван ловко увиливает от ответа на расспросы братьев, выходил ли отец из могилы. «А ты, – говорит Ванюшка сперва одному, потом другому, – из могилы выйдешь?» Разумные братья, конечно, понимают, что из могилы не возвращаются, и не догадываются, что дурак-то их и дурачит. И другие эпизоды говорят не о глупости, а об уме Ванюшки. И становится ясно, что Ванюшка, действительно, все понимал лучше других и не случайно, а по заслугам стал царским зятем.

Эта сказка записана Еленой Шастиной от Раисы Егоровны Шеметовой в 60-х годах ХХ века. Тогда-то Елена Ивановна сделала одно важное открытие: оказалось, что сказки одной из «лучших представительниц русской сказочной поэзии» Наталии Осиповны Винокуровой не канули в Лету, их подхватила не менее талантливая младшая дочь сказительницы Раиса Шеметова. Эти сказки до сих пор в аутентичной форме бытуют в сельской среде – деревне Обхой Качугского района Иркутской области. Более 300 лет в семье хранят и собирают русские сказки.

Наталья Винокурова служила горничной в Иркутске, в богатом доме. Потом ее выдали замуж в деревню Толмачево Качугского района. Ее девичья фамилия – Большедворская. От Большедворских и пошел сказочный род, они рассказывали свои сказки с XVII века. Про Большедворских односельчане говорили «изуроченные словом». Это значит «испорченные», «изувеченные». Есть легенда, что один из их предков хотел все знать и пошел в ученики к колдуну. Для испытания тот велел залезть ему собаке в пасть. Но сделать это оказалось невозможно. Тогда, в качестве урока, ученик стал рассказывать сказки по ночам. Дар или проклятье получил он от колдуна? Потомки решили, что дар.

В избе бабушки Раисы собиралась вся деревня и каждый вечер слушали сказки – бытовые, страшные, волшебные. Рассказывала она и историю про беспутного сына. Беспутные люди были во все времена. И в каждом времени было с ними по-разному сложно. Что мешало им стать такими, как все вокруг: работящими, толковыми, семейными? То ли лень, то ли природная хитрость, то ли безудержная фантазия. Но почему-то всё, за что они брались, вопреки житейскому разуму, удавалось. И правда оказывалась на их стороне. Может быть, сказка поможет ответить на эти вопросы!

Сказка – искусство народное, искусство древнее. И у каждой свой язык, особый. Есть он и у сибирских сказок. «Нишшенка» – именно так называется история, записанная Еленой Шастиной от Раисы Егоровны Шеметовой. Ошибки в названии нет, слово так и произносили – это сибирский говор. В Сибири в XIX-XX веках было много каторжников и переселенцев, язык был перемешан. В результате и появилась в сибирских сказках характерная шепелявость: «прошшайте», «нишшенка», «помешшенье».

Сохранился такой говор и в «Нишшенке». Сказка эта учит тому, что женская доля не всегда несчастной бывает. Вот и из нишшенки можно царицей стать. Сюжет очень древний. Но если у знаменитой Золушки вся ее счастливая жизнь после свадьбы организовалась, то нашей Машеньке за него, за счастье-то это, еще побороться пришлось. Но ведь давно известно, что все препятствия только закаляют, и любовь после них крепче случается. А как же иначе? Предки наши правду говорили, даже в сказках.

Сказку «Купеческий сын и заклятая девица» фольклористу Елене Шастиной рассказал тункинский сказитель Дмитрий Асламов. «Я плохую-то не говорю. У меня сказки шибко хорошие», – любил повторять Дмитрий Савельевич.

Сказки – искусство народное, искусство древнее. Это отражение культуры, взглядов, обычаев наших далеких предков. И каждый мастер рассказывает их своим языком, на котором привык говорить он сам, его близкие и родные. Вот почему так важно уберечь этот «некультурный» язык. Иногда, может быть, очень сложный для городского жителя, но поистине язык народный – драгоценный памятник прошлого.

«Какую бы еще умственнаю… так бы слить, штоб н-на!», – так говорил сказочник Асламов. Дмитрий Савельевич, по рассказам современников, каждый раз готовился к выступлениям, повторяя про себя сказки. И потом тщательно заботился, чтобы «все было на месте и к месту». Так что можно сказать, что перед подлинным сказителем лежат те же задачи, что и перед писателем – задачи упорядочивания материала, его выбор и развитие художественного замысла.

«В одной деревне жили два брата. Один бедный, другой богатый»…Так начинается сказка «Краюшка» М.М. Болдаковой, вошедшая в сборник «Не на небе – на земле».

Тему богатства и бедности часто поднимают в сказках, в сибирских в том числе. И сюжет в этих историях развивается примерно по одному сценарию: герой бедный живет плохо, но честно, богатый – ищет для себя выгоду и способы еще большего обогащения. Но рано или поздно бедный человек будет вознагражден, богатый за обман и зависть – наказан. Все по справедливости. Как объясняет народная поговорка: «Не устоять худу против добра». Добро всегда торжествует! Эта житейская мудрость звучит и в «Краюшке».

Игральные карты известны во всем мире, но где и когда они появились, сказать сложно. Не совсем ясен и путь проникновения карт в Россию. Скорее всего, они получили распространение в связи с польско-шведской интервенцией в период Смутного времени начала XVIII века.

Первое достоверное письменное упоминание об игральных картах в России относится к 1649 году. В «Уложении» царя Алексея Михайловича игра в карты попала в главу «О разбойных и татиных делах». В этом «уголовном кодексе» картежники приравнены к «татям» – ворам и грабителям. А наказания для воров в те времена были суровыми. Попавшихся на игре в карты в первый раз предписывалось сечь кнутом, отрезать левое ухо и сажать в острог на два года. Если игрок оказывался рецидивистом и ни кнут, ни нож палача не могли отучить его от пагубной страсти, его заковывали в кандалы и отправляли на каторгу. Если и это не помогло, «Уложение» предписывало совсем уж крайнее средство – «казнить смертью». Впрочем, столь суровые меры касались только простого? «черного» люда. Бояр не пороли кнутом, не отрезали им уши, не заковывали в кандалы.

О том, что колода не случайный набор карт, рассказывает сказка, записанная Еленой Шастиной от С.В. Высоких. Главный герой этой истории утверждает, что «карты взяты из Библии». Получится ли у него это доказать – узнаете, прослушав сказку «Карты».

В сибирских деревнях сказки всегда пользовались популярностью, были востребованы. Была у простого народа неуёмная жажда слова. Сказителей любили, они собирали вокруг себя много слушателей. Сюжеты бытовали самые разные: о волшебстве, о добре и зле, о хитрости и смекалке. Часто в повествованиях появлялась нечистая сила. Такой герой оказался и в сказке «Про мужика, чёрта и злую бабу».

«Жил в одной деревне мужик. Звали его Аркадий. Был он человек работящий, характером спокойный. Только вот жена ему попалась злыдня злыдней. Он ей – слово – она ему десять! Всю шею перепилила мужику», – так начинается история, вошедшая в сборник Елены Шастиной «Не на небе – на земле». Ироничный рассказ о находчивом мужике и о том, что иная баба хуже самого чёрта!

Тема превращения человека в животных часто встречается в сказках. Заклятые – герои сказки, ставшие зверями по злой воле. Заклятие снимается после выполнения каких-либо условий: нужно чем-то помочь другим людям, кого-то спасти, проявить доброту. И только пройдя испытания, заклятый вновь становится человеком – так он вознаграждается за хорошие дела.

Бытует в сказках такой сюжет на эту тему: разозленная теща или жена оборачивает зятя или мужа в собаку. Подобный случай произошел и с Иваном Марковичем – главным героем сказки «Соболька». Эту историю рассказал фольклористу Елене Шастиной сказитель дедушка Харый. Случилось с Иваном настоящее «чудовище» (так в Сибири называли чудо).

Сибирские сказочники похожи и не похожи на всех других, проживавших и проживающих в России. Похожи потому, что все сказочники миры, о которых говорили сказители, подобны друг другу. И не похожи потому, что Сибирь, по сравнению с центральной Россией, всегда имела свои географические и исторические особенности, свой уклад.

Огромные территории Сибири были труднодоступны из-за сложности сообщения. Даже сибирские сёла были слабо связаны между собой, учитывая расстояния, на которых они располагались друг от друга. Изоляция многих населенных пунктов от внешнего мира способствовала сохранению традиционного сибирского фольклора.

Вместе с тем, в Сибирь стекалось множество разного люда. Часто сказочники были бродягами, переселенцами или ссыльными. Местное население глухих таёжных деревень ценило их как один из немногих источников информации, давало кров и еду. А рассказчики, чтобы остаться у гостеприимных хозяев подольше, растягивали сказки на несколько вечеров: переплетали в одном повествовании известные им сюжеты, придумывали сложную композицию. И так, со сказкой, шли дальше: в другие поселения, в другие дома.

Вот и сказка «Цыган и чёрт» начинается с дорожного приключения: «Ехал цыган. Заезжат в одну деревню, стучит в дом – никто не отвечат…».

«Сказка – великая духовная культура народа, которую мы собираем по крохам, и через сказку раскрывается перед нами тысячелетняя история народа», – справедливо заметил Алексей Николаевич Толстой.

Из литературы XVII века перешли в фольклор и бытовали как сказки европейские романы «О Бове-королевиче» и «Еруслане Лазаревиче», переведенные с так называемых «народных книжек», а не с подлинников. В России они прожили долгую жизнь, вплоть до XX века, чему способствовали лубочные издания. На сибирской почве признаки рыцарского романа совсем стерлись. И в варианте, записанном Еленой Шастиной, от Анны Афанасьевны Шелиховой, сказка начинается в далеком от дворца месте.

Главные герои сказки «Про Кота Котофеича», рассказанной Николаем Бояркиным, – обыкновенный кот, которого за проказы хозяин в лесу бросил, и хитрая лиса.

Когда лиса повстречала кота в лесу, то удивилась невиданному зверю. А кот представился ей как главнокомандующий по имени Кот Котофеич, присланный в этот лес из Сибири. Лисе понравился новый житель леса и она попросилась к нему в жены, а он с удовольствием согласился.

Сказка учит не теряться в трудных ситуациях. Кот, впервые попавший в лес, не растерялся и стал добывать себе пропитание охотой. А встретив лису, представился ей важной особой. Лиса же, в силу своей природной хитрости, постаралась сделать так, чтобы весь лес относился к ее мужу с уважением.

Мораль сказки с годами не стареет, а потому и всегда актуальна: как себя поставишь в коллективе, так к тебе и будут относиться.

Сказку читают актеры театра, в роли рассказчика Александр Гречман, в роли лисы директор Иркутского областного Дома народного творчества Людмила Герда.

Жили два брата – Фома да Ерёма. За какое дело ни возьмутся – ничего толкового сделать не могут. За что и получили свои прозвища: Недодел и Передел. Пошли братья в люди, стали работу искать. И трудиться-то братья не против, но все у них не так идет, все наперекосяк. Почему? Да потому, что за труд надо с умом браться!

В незатейливой манере сказка «Про Фому и Ерёму» учит: доводи всякое дело до конца, но и лишнего не делай. Такую сказку и взрослым, и детям послушать полезно.

Текст читают актеры театра. Рассказчица – ведущий специалист по жанрам творчества Иркутского областного Дома народного творчества Галина Базилева.

Тункинский сказитель Дмитрий Савельевич Асламов был человеком эмоциональным, сопровождал рассказ жестами, комментариями, обращениями к слушателям. Дмитрий Савельевич был весь в движении, то повышал, то понижал голос, делал паузы, смеялся, руками обозначал размеры, если говорил о чем-нибудь. И чем больше было зрителей, тем больше он воодушевлялся.

Фольклорист и литературовед, историк Сибири Марк Константинович Азадовский так писал о Дмитрии Асламове: «…Мне удалось найти совершенно исключительного сказочника с репертуаром, который превосходит всех доселе известных русских сказителей, и, кроме того, совершенно исключительного мастера – художника».

Перед тем как рассказать сказку «Царевна-старушка» фольклористу Елене Ивановне Шастиной, Дмитрий Савельевич обратился к ней: «Ну, попиши ету сказку! Па-апишешь! Шибко красива ета сказка! Ой-ох!»

Если вспомнить хорошо знакомый с детства сказочный сюжет, то Иван-царевич стрелу свою нашел в лапах лягушки, а в этой сказке герой Ванюшка обнаружил свою судьбоносную стрелу в руках у старушки «…дряклой, губы повесила, сама черная как уголь…», но настойчиво ответила на приветствие испуганного парня: «я твоя судьба». Еще и пригрозила: «Ежели только ты горчаешь на мои слова, видишь озеро: я тебя потоплю се рамно, во што ба ни стало больше меня не будешь!»

Чем закончились приключения героя сказки, расскажут актеры театра и сотрудники Иркутского областного Дома народного творчества.

Сказку «Про сына бонадря» Елена Шастина записала со слов Николая Бояркина. К сожалению, про сказителя известно не очень много.

О своей встрече с Николаем Григорьевичем вспоминал фольклорист Валерий Петрович Зиновьев: «Тогда, в 1978 году, ему было 73 года. Встреча была короткой… Вернулся через полтора года. Эта была удачная встреча: я прожил у Николая Григорьевича три дня и записал между делом двенадцать сказок, а всякой всячины – не перечесть! Оказывается, не так давно сказки «ходом шли» по деревне. Было много мастеров их рассказывать: Василий Анисимович Бояркин, Федор Нилович Рюмкин, Тимофей Степанович Гробов, Федор Степанович Гробов… От них перенял многие сказки сам Николай Григорьевич. Рассказывали, вспоминает он, ночами. Вечером члены колхозного правления соберутся, обсудят хозяйственные дела и остаются потолковать «души ради». Еще мужики, старики подтянутся. И пойдет… До утра просиживали, слушая сказки… Из разговора с Николаем Григорьевичем я понял, что раньше сказки рассказывали, чтобы душу отвести, поудивляться чуду-чудному, а теперь только к слову, да к делу, да ребятишек ради вспоминают, у него самого сказки без дела не остаются – внучата не дают».

Главный герой сказки, которую Елена Шастина услышала от Николая Григорьевича, сын бондаря, мастера по изготовлению бочек и других емкостей из дерева. Продолжать династию бондарей Коля не хочет, идет учиться в семинарию. Но после обучения решает попробовать себя в самой «чижолой» работе – идет в пастухи.

А какой пастушонок без дудочки? Заиграл Коля на инструменте и покорил своей музыкой дочь главы города и дочь полковника. Вот с этого момента и пошла Колина карьера, в которой немалую роль сыграли любовные отношения, в гору.

Богатая фольклорная традиция и местный колорит Тункинской долины, где родилась и жила сказочница Анна Афанасьевна Шелихова, были отмечены еще в начале прошлого века в отчете нашего земляка, фольклориста, этнографа, доктора филологических наук, профессора Георгия Семеновича Виноградова. Он писал о местных «чудиках» и балагурах, обращал внимание на широкое распространение сказок. По его словам, почти «в каждом селе был собственный сказитель». Сказки талантливой исполнительницы русского песенного и сказочного фольклора Анны Шелиховой помнят местные жители до сих пор. Еще при жизни ходила молва о ее необыкновенном таланте. Анна Афанасьевна обладала тонким слухом, необыкновенным диапазоном и силой голоса. По воспоминаниям современников, записывать от нее песни в деревни было невозможно, так как люди, заслышав ее голос, бросали работу и шли к афанасьевскому дому. В свои 80 лет она помнила десятки песен и сказок.

Свой сказочный репертуар Анна Шелихова переняла от матери, тоже обладавшей незаурядными творческими способностями. Сказительница вспоминала: «Старики собирались дома у матери слушать вечера два-три. Мать рассказывала, а я на ус мотаю, как бы мне ето запомнить, я неграмотная, а вперед попа знаю, что ему надо петь, память у меня была хорошая, а слушать я охотница и сама рассказывать охотница».

В сборник Елены Шастиной «Не на небе – на земле» вошли восемь сказок, рассказанных Анной Шелиховой. Она умело наделяла героев сибирской бытовой речью, причудливо переплетала в своем повествовании волшебные чудеса и волшебные события – тем самым приближая вымышленных персонажей к реальности.

Одна из историй, которой поделилась Анна Афанасьевна, сказка «Илья Мурович.

Читает ведущий специалист по жанрам творчества ИОДНТ Галина Базилева.

Сказка «Беспечальный монастырь» записана со слов одного из самых ярких представителей сибирской сказительской школы, музыканта и песенника Егора Ивановича Сороковикова-Магая из села Ближний Хобок Иркутской губернии.

Родители Магая происходили из смешанных браков местных крещенных бурят и русских. Сам же Егор Иванович рассказывал свою родословную от предка – Тимофея Сороковикова, пришедшего в Тунку с первыми казаками.

Магай знал около 200 сказок, более 100 песен, более 1000 пословиц и поговорок, множество легенд, преданий, благопожеланий, заговоров. Музыкант-самоучка играл на скрипке, балалайке, гитаре, мандолине, гармошке и баяне. Егор Иванович был прекрасно знаком с народным творчеством бурят, эвенков, исполнял их произведения на русском и бурятском языках.